Широкий размах крыльев, аккуратно вытянутые лапки и любопытный взгляд. Плюх! На приступочек окна на девятом этаже гостиницы уселась чайка. Постучалась клювом: «Эй, что там у вас интересного?»
Видимо, ничего не вызвало восторга, улетела. Огромная, вальяжная, как летающая кошка, но… чайка.
Они — часть неповторимого колорита города на Неве, его негласные стражи и его вечные спутники. Они будут здесь еще долго, наблюдая за нами, учась у нас и, возможно, даже уча нас чему-то своему, птичьему.
Вот набережная канала. Гранит чередуется с чугуном: красиво, торжественно, монументально. И тут же на решетку плавно приземляется большая птица. Блестящими глазами внимательно оглядывает гуляющих. — Ой, мама! Какая птичка! — рвется малыш. Мама нервно одергивает, не пуская дальше чадо: — Не лезь, она может укусить. Я вас умоляю: чайка укусить? Ущипнуть, цапнуть, испугаться до жидкого бомбардирования, пронзительно заорать (по тому же поводу) — это да. Но укусить?
Бывалые туристы поступают иначе. «Цыпа-цыпа-цыпа», — тихонько подкрадываются к чайке, внимательно следящей за движениями человеков. А движения очень привлекательны с точки зрения птицы. На раскрытой ладони лежат крошки чего-то невероятно вкусного, опять же с точки зрения птицы. Деликатно чайка пробует угощение, а потом уже активно ест, переминаясь лапками на парапете. — Мама, она не кусается! — истошно вопит чадо, но у мамашки цепкая хватка. А туристы тем временем быстро щелкают телефонами — селфи с чайкой на память. Птица, как будто всё понимает, замерла, не шелохнувшись, потом гордый поворот головы и снова замерла. У чаек есть свое модельное агентство, где их учат принимать фотогеничные позы и разбираться, какая сторона рабочая?
В это время ребенок всё-таки вырывается и бежит в сторону чайки с победным криком: «Птицка!» Чайка плавно взмывает в синеву питерского неба, оставляя нетерпеливого карапуза с носом. — Улетела, — обиженно хлюпает малыш, а мама тянет его в сторону Невского, тихо увещевая, чтобы не расплакался от разочарования несостоявшейся встречи.
Кусочек набережной опустел, не считая ровного ряда припаркованных машин. Но ненадолго. От воды канала авиалайнером на посадку заходит та самая чайка. Посадка совершается на том же самом месте. Ах, ты, хитрюга! Протягиваю мзду — кусочек яблока. — Будешь? Будет еще как! А потом замирает. И я замираю: что дальше? Чайка поворачивает голову вбок и смотрит: «Чё? Фоткать не будешь?» — Буду еще как! — смеюсь и навожу телефон на эту модель с крыльями. Через минуту чайка взмывает с насиженного места: моё время общения истекло.
Сделав почетный круг, она усаживается на парапет метров через десять, попадая в поле зрения группы экскурсантов. И тут же, буквально заглушая громкоговоритель экскурсовода, доносится знакомое: — Ой, чайка! Смотрите, какая прикольная чайка!
Хочешь жить — умей вертеться, так, кажется, говорил персонаж советского фильма. А я добавлю: ну, или летать как чайка.
Текст, фото и видео Евгении Горловой© 2026
